Дмитриев А. Л.: Антонимы в поэзии А. А. Ахматовой

Русский язык в школе. - 1981. - № 3. - С. 73-78.

Антонимы в поэзии А. А. Ахматовой

Поэтический мир Анны Андреевны Ахматовой сложен и многообразен. Это объясняется не только тем, что ее более чем полувековой творческий путь был насыщен великими историческими событиями, нашедшими отражение в ее поэзии, но и богатством ее внутреннего духовного потенциала. Восприняв и творчески переосмыслив многие достижения русской классической и мировой литературы1 (как поэзии, как и прозы), она смогла стать глубоко оригинальным поэтом "не только по своему внешнему бытию, но и по координатам творчества"2. Ее поэзия органично сочетает в себе разнообразные эмоциональные, идейные и стилистические пласты (жизнь человека и неумолимое движение времени), глубокую поэтичность и проникновенную публицистику; "классическое наследие с удивительной неожиданностью точных деталей". Поэтому3 так трудно выделить доминанту ее творчества (что стремится сделать каждый или почти каждый исследователь творчества А. Ахматовой) без ущерба для остальных сторон ее поэзии, которые лишь все вместе и создают неповторимое своеобразие.

Однако не будет ошибкой сказать, что одним из проявлений разносторонности ахматовской поэзии, а быть может, и главным условием этого является свойственное поэтессе контрастное восприятие мира. В ее поэзии - "своеобразное сочетание женственности, хрупкой нежности и даже слабости с решительным и волевым жестом" (А. И. Павловский), "эмоциональный порыв и рациональное психологическое решение" (А. А. Урбан), бездна печали и страдания и сияющая солнечным светом радость.

Существенная роль контраста в поэзии А. Ахматовой была замечена еще В. В. Виноградовым, который считал, в частности, что у Ахматовой очень часто символ "семантически видоизменен... путем неожиданной прицепки другого "символа", контрастирующего или вообще диссонирующего с ним по эмоциональному тембру, вещественному содержанию или даже - грамматической форме"4.

Контрастное видение мира позволяет Ахматовой изобразить его диалектически, в его противоречиях, во взаимодействии противоположных начал. Вместе с тем такое видение вытекает из особенностей склада "лирической души" поэтессы, воспринимающей окружение как смену радостного, просветленного и печального, тяжелого чувства, что определяет особого рода психологизм, присущий Ахматовой в изображении человека.

Система средств, воплощающих принцип контраста, в лингвистическом плане базируется на антонимии, поэтому рассмотрение состава антонимов, употребляемых автором, и особенностей их употребления занимает важнейшее место в изучении системы контраста5.

В создании системы контраста в поэзии А. Ахматовой участвуют не только антонимичные слова, но и антонимичные фразеологизмы, например: Как по левой руке - пустырь. А по правой руке - монастырь... (250)6, а также антонимичные словосочетания, например: Мы на сто лет состарились, и это Тогда случилось в час один... (173).

Однако основная роль принадлежит все же лексическим антонимам.

Антонимические контексты образуются с помощью фигур соединения, разделения, чередования, последовательности противоположностей и др. 7 Главными среди них являются: антитеза (примерно треть всех случаев) и соединение (около четверти их всего количества примеров).

У Ахматовой одна антонимическая пара приходится примерно на каждые двадцать строк стихотворного текста. Две трети антонимических пар составляют общеязыковые антонимы.

В общем составе используемых антонимов выделяется большая группа таких, которые служат для контрастного изображения человека с эмоциональной, психологической, нравственной и т. д. стороны.

Рассмотрим эти антонимы как с точки зрения распределения их по лексико-семантическим группам, так и с точки зрения сочетания их друг с другом и с другими языковыми средствами.

Одними из самых употребительных антонимов здесь оказываются такие как тело - душа, дух - плоть, жизнь - смерть, живой - мертвый, жить - умирать, сон - явь, встреча - разлука и т. д.Антонимы свой - чужой, друг - враг, наш - вражий и подобные им позволяют контрастно изобразить социальные, политические или же личные отношения. Нередко используются антонимические пары, выражающие противопоставление людей по возрасту или полу: внук - дед, хозяин - хозяйка, сестра - брат, невеста - жених и т. п.

Изображая эмоциональное состояние человека, Ахматова во многих случаях пользуется антонимами счастье - горе, радость - горе, грусть - веселье, смеяться - плакать и др. С их помощью она не только передает динамику состояния героев, смену противоположных эмоций, контрастное мировосприятие героев, но и глубину их переживаний. Ср.:

Как белый камень в глубине колодца,
Лежит во мне одно воспоминанье.
Я не могу и не хочу бороться:
Оно - веселье и оно - страданье. (191);

И сердце то уже не отзовется
На голос мой, ликуя и скорбя.
Все кончено... И песнь моя несется
В пустую ночь, где больше нет тебя (435).

Подобное изображение внутреннего мира человека характерно, как известно, для поэзии М. Ю. Лермонтова. Анализ стихов А. Блока, А. Белого, С, Есенина показывает, что эти поэты также часто привлекали антонимы, чтобы передать сложность, глубину и противоречивость человеческой души. Это позволяет утверждать, что в русской поэзии начала века утвердился определенный психологический тип героя, восходящий к традициям лермонтовской лирики. Объяснить это можно не только силой традиции, но и наличием некоторой общности в душевном складе таких разных поэтов, как А. Ахматова, А. Блок, А. Белый, С. Есенин, а также характером того времени, в которое они жили.

Особенно ярко антонимы раскрывают противоречивость чувств и взаимоотношений героев в тех случаях, когда используются для выражения темы любви. Ср.:

Тебе я милой не была.
Ты мне постыл. А пытка длилась,
И, как преступница, томилась
Любовь, исполненная зла. (274);

Для того ль тебя я целовала,
Для того ли мучилась, любя,
Чтоб теперь спокойно и устало
С отвращеньем вспоминать тебя? (513).

Изображение любви как тягостного, мучительного для человека чувства, близкого к своей противоположности, очень схоже с изображением любви у Достоевского (ср. также у Некрасова, Тютчева, Лермонтова)8. При этом внутренний мир человека рисуется дисгармоничным, сложным и противоречивым (отметим, что начало такой любовной лирики в мировой поэзии было положено, по-видимому, еще Катуллом).

Однако у А. А. Ахматовой есть и иное воплощение этого мотива, в котором антонимы также играют важную роль. В следующем отрывке мотив звучит несколько просветленнее, печально-элегически:

Возникают, стираются лица,
Мил сегодня, а завтра далек.
Отчего же на этой странице
Я когда-то загнул уголок? (40).

Нетрудно заметить, что печально-элегическое настроение, выраженное в двух первых строках, имеющих неопределенно-обобщающий характер, прерывается эмоционально диссонирующим с ним настроением следующих строк, в которых мотив любви звучит уже достаточно личностно, непосредственно затрагивая то, что близко герою. Суть этого приема, дополняющего здесь контраст, создаваемый при помощи антонимов, была подмечена В. В. Виноградовым: "Ахматова сплетает эмоциональную речь в причудливой гирлянде с эпическим, печально-сдержанным сказом - как бы в хронологическом отдалении от темы"9.

Определенная группа привлекаемых поэтессой антонимов помогает ей передать душевной состояние человека через описание его физического состояния. Особенно часто при этом она использует антонимы горячий - холодный и подобные им, например:

Я знаю: он с болью своей не сладит,
С горькой болью первой любви.
Как беспомощно, жадно и жарко гладит
Холодные руки мои. (76);

И я слышу звонок протяжный,
И я чувствую холод влажный
Каменею, стыну, горю... (648).

Группа антонимов, обозначающих противоположные черты внешнего портрета человека, используется поэтессой для создания внутреннего, психологического портрета:

Он так хотел, он так велел
Словами мертвыми и злыми.
Мой рот тревожно заалел,
И щеки стали снеговыми. (38).

В приведенном ниже стихотворении, целиком построенном на контрасте, Ахматова привлекает антонимы, с помощью которых передается динамика внутреннего состояния человека через внешнее выражение этого состояния (прием, известный и до Ахматовой, но, как было отмечено еще В. М. Жирмунским, получивший в ее лирике широкое и яркое применение):

Сжала руки под темной вуалью...
"Отчего ты сегодня бледна?"
- Оттого, что я терпкой печалью
Напоила его допьяна.

Как забуду? ОН вышел, шатаясь.
Искривился мучительно рот...
Я сбежала, перил не касаясь,
Я бежала за ним до ворот.

Задыхаясь, я крикнула: "Шутка
Все, что было. Уйдешь, я умру".
Улыбнулся спокойно и жутко
И сказал мне: "Не стой на ветру". (7).

Прием контраста, ярко рисующий здесь драматизм ситуации, сложность и напряженность разрыва между героями, усиливается и за счет контрастной диалогической организации последней строфы, при которой диалог "строится таким образом, что лаконические реплики не попадают в тон друг другу. Между ними разорвана непосредственная смысловая связь или скорее - она, с логической точки зрения, контрастно-противоречива. Собеседники смотрят в глубь друг друга, как бы поверх слов"10.

Большая группа антонимов применяется поэтессой для передачи противоположных действий и поступков человека, отделенных друг от друга некоторым временным отрезком. Вполне понятно, что при развертывании действий во времени использование такого рода антонимов становится иногда неизбежным. Ср.:

В церковь войдем, увидим
Отпеванье, крестины, брак,
Не взглянув друг на друга, выйдем...
Отчего все у нас не так? (159).

В то же время и в этом случае употребление антонимов связано с особенностями ахматовской поэтики. "Целый ряд стихотворений Ахматовой может быть назван маленькими повестями, новеллами; обыкновенно каждое стихотворение - это новелла в извлечении, изображенная в самый острый момент своего развития, откуда открывается возможность обозреть все предшествовавшее течение фактов"11. В использовании антонимов, обозначающих противоположные человеческие действия, можно видеть такие черты поэтического стиля А. Ахматовой, как повествовательность, сюжетность. Ср.:

Ангел, три года хранивший меня,
Вознесся в лучах и в огне,
Но жду терпеливо сладчайшего дня,
Когда он вернется ко мне.

Как щеки запали, бескровны уста,
Лица не узнать моего;
Ведь я не прекрасная больше, не та,
Что песней смутила его.

Давно на земле ничего не боюсь,
Прощальные помня слова.
Я в ноги ему, как войдет, поклонюсь,
А прежде кивала едва. (254).

Как можно убедиться на примере этого стихотворения, антонимы являются одним из основных конструктивных элементов, формирующих повествовательность, сюжетность стихотворения, изображая действия героев в начале и в конце рассказываемой "истории". В последней строфе они рисуют также изменение внутреннего мира героини, ее отношение к герою через внешнее выражение этого изменения.

Кроме того, использование антонимов в данном стихотворении тесно связано еще с двумя характерными для Ахматовой приемами. Во-первых, они участвуют в создании особого символико-религиозного колорита произведения и в его разрушении, во-вторых, они включены в "эмоциональную игру" метафорическими загадками (В. В. Виноградов). Если слово вознесся относится к слову ангел (в буквальном смысле этого слова), то другой член противопоставления - вернется - не имеет ярко выраженной религиозной символики и подготавливает читателя к иному пониманию слова ангел, которое раскрывается во второй и третьей строфах. Слова как войдет подтверждают новое восприятие слова ангел, а последняя строка окончательно закрепляет это восприятие. Таким образом, религиозное значение этого слова сменяется другим значением - "возлюбленный".

Антонимы, семантика которых имеет религиозную окрашенность, часто (как и в предыдущем стихотворении) служат для привлечения "религиозной символики как материала, из которого создаются новые формы выражения эротических переживаний, "новый стиль" любовной лирики". Ср.:12

Будь же проклят. Ни стоном, ни взглядом
Окаянной души не коснусь,
Но клянусь тебе ангельским садом,
Чудотворной иконой клянусь
И ночей наших пламенным чадом -
Я к тебе никогда не вернусь. (276).

В следующем случае использование противопоставления, один из членов которого (ризы) имеет религиозную символику, сочетается со свойственным Ахматовой приемом сталкивания "отвлеченных имен и названий реальных вещей" (В. В. Виноградов), в котором здесь также участвуют антонимы:

За тебя отдала первородство
И взамен ничего не прошу,
Оттого и лохмотья сиротства
Я, как брачные ризы ношу. (270).

Одной из своеобразных черт системы контраста поэзии Ахматовой является использование собственных имен людей как символа противоположных человеческих начал. Поэтесса привлекает известные имена как реально существовавших в истории людей, так и имена героев мировой литературы, опираясь при этом на противопоставление образов, имеющееся в оригинале, или же противопоставляя их сама, например:

Демон сам с улыбкой Тамары... (648).

Состарившийся Дон Жуан
И вновь помолодевший Фауст
Столкнулись у моих дверей -
Из кабака и со свиданья!.. (388).

В изображении человека Ахматова использует не только антонимы, семантика которых непосредственно обозначает чувства, действия, внешность и т. д., но и антонимы с другой семантикой. Последние, взаимодействуя друг с другом и с контекстом, могут способствовать созданию ярких лирических образом. Ср.:

И все трепетало и пело вокруг,
И я не узнала - ты враг или друг,
Зима это или лето. (453).

Я улыбаться перестала,
Морозный ветер губы студит,
Одной надеждой меньше стало,
Одною песней больше будет. (123).

В следующем стихотворении широко используются антонимы с той и другой семантикой. Помимо прочих противопоставлений, в нем использовано и противопоставление местоимений ты - я, отражающее противопоставление образов героя и героини. Применение этого противопоставления не является отличительной чертой любовной лирики именно А. А. Ахматовой, оно свойственно многим поэтам. Очень часто оно встречается в поэзии А. Блока, несколько реже у А. Белого. "В литературном произведении, - писал В. В. Виноградов, - именование нередко является метафорическим, условно-символическим, образным, а не терминологическим... Поэтому... личное местоимение как обозначение рассказчиков - метафорично. Всякое я художественного произведения - образ"13. То же самое можно сказать о всяком ты, которое раскрывается автором в контексте произведения. Ахматова создает своих героя и героиню:

Не будем пить из одного стакана
Ни воду мы, ни сладкое вино,
Не поцелуемся мы утром рано,
А ввечеру не поглядим в окно.
Ты дышишь солнцем, я дышу луною,
Но живы мы любовию одною.

Со мной всегда мой верный, нежный друг,
С тобой твоя веселая подруга,
Но мне понятен серых глаз испуг,
И ты виновник моего недуга.
Коротких мы не учащаем встреч.
Так наш покой нам суждено беречь.

Лишь голос твой поет в моих стихах,
В твоих стихах мое дыханье веет.
О, есть костер, которого не смеет
Коснуться ни забвение, ни страх...
И если б знал ты, как сейчас мне любы
Твои сухие розовые губы! (69).

Как было отмечено И. П. Смирновым, нередко "герой" в поэзии Ахматовой уподобился солнцу ("... Ты - солнце моих песнопений, Ты жизни моей благодать...")14. Ахматова использует противопоставление солнце - луна, которое символизирует противопоставление мужского и женского начал и восходит к древнерусской книжности и устному народно-поэтическому творчеству15. Кроме того, поэтесса использует известный еще с античности символ: выпить с кем-либо из одного сосуда - выразить знак любви.

Рассмотренные выше антонимы, используемые для контрастного изображения человека, является наиболее многочисленными из антонимов, употребляемых поэтессой, причем основную их массу составляют антонимы, семантика которых прямо связана с обозначением человеческих качеств, действий.

Кроме них в поэзии А. Ахматовой выделяется группа антонимов, используемых для контрастного изображения художественного пространства, а также антонимы, служащие для контрастного обозначения времени (использование Ахматовой этих антонимов требует особого рассмотрения).Антонимы в поэзии Ахматовой могут выполнять и еще одну важную художественную функцию: выступать в качестве основного конструктивного элемента афористических по форме и по содержанию построений.

Своеобразие системы контраста поэзии А. Ахматовой заключается, как можно было видеть, не только в частом использовании антонимов, хотя это уже и само по себе немаловажно.Антонимы применяются поэтессой как главное языковое средство контрастного воплощения своего, особенного, идейно-тематического содержания. Но в то же время может наблюдаться и сходное использование антонимов там, где поэзия А. А. Ахматовой тематически сходна с лирикой других поэтов.

Кроме того, антонимы в поэзии А. А. Ахматовой используются в сочетании с другими художественными средствами. В частности, нередкое у Ахматовой использование культурно-исторических и литературных ассоциаций, например имен собственных, способствует обогащению индивидуально-авторской антонимии, служит для выражения различных противопоставлений. То же нужно сказать о характерном для Ахматовой использовании литературной, религиозной и фольклорной символики. Среди наиболее часто встречающихся приемов следует упомянуть такие, как изображение внутреннего состояние или через внешний портрет и поступки, "новеллистичность" стихов, встречающаяся в них "игра метафорическими загадками". Особо выделяются такие приемы, которые дополняют контраст, создаваемый с помощью антонимов: "контрастно-противоречивое" построение диалога, "эмоциональный диссонанс" строк, сталкивание слов "разных логико-семантических категорий".

Пронизывая, таким образом, стихи А. Ахматовой на всех этапах ее творчества, антонимы тесно переплетаются с другими элементами системы художественных средств в целом, создавая неповторимость и своеобразие ее поэзии.

Примечания

1. Ср: "Мимо мысли о родстве поэзии Ахматовой с психологической прозой, - замечает А. А. Урбан, - не прошел в сущности ни один ее критик. Писал об этом О. Э. Мандельштам, писал Ю. Н. Тынянов. Пишут современные исследователи - Л. Гинзбург, П. Громов, А. Павловский, Е. Добин". См.: Урбан А. А. Мне ни к чему одические рати... - В кн.: Поэтический строй русской лирики. Л., 1973, с. 256-257.

2. Павловский А. И. Анна Ахматова. Очерк творчества. Л., 1966, с. 70.

3. Гинзбург Л. О лирике. Л., 1974, с. 347.

4. Виноградов В. В. Поэтика русской литературы. М., 1976, с. 377. См. также: Белодед И. К. Символика контраста в поэтическом языке Анны Ахматовой. - В кн.: Поэтика и стилистика русской литературы. Л., 1971; Добин Е. С. Поэзия Анны Ахматовой. Л., 1968; и др.

5. В основу данного исследования положено достаточно распространенное понимание языковых антонимов, см., например, у Н. М. Шанского: "Антонимы являются словами разного звучания, которые выражают противоположные, но соотносительные друг с другом понятия" (Шанский Н. М. Лексикология современного русского языка. М., 1972, с. 64). О понятии противоположности см.: Новиков Л. А. Антонимия в русском языке. М., 1973, с. 17, 55-56. Отбор языковых антонимов из поэтического текста осуществляется с помощью словарей антонимов. Кроме того, учитывались контекстуальные (или окказиональные) антонимы.

6. Здесь и далее в скобках указывается номер произведения по изданию: Ахматова А. А. Стихотворения и поэмы. Л., 1976.

7. Об этих фигурах см.: Матвиевская Л. А. О стилистическом использовании антонимов в лирике и поэмах М. Ю. Лермонтова. - РЯШ, 1977, № 2, а также в указ. работе Л. А. Новикова.

8. См. об этом: Добин Е. С. Указ. работа; Гинзбург Л. Указ. работа.

9. Виноградов В. В. Указ. работа, с. 435.

10. Виноградов В. В. Поэтика русской литературы. М., 1976, с. 456.

11. Жирмунский В. М. Теория литературы. Поэтика. Стилистика. Л., 1973, с. 120.

12. Виноградов В. В. Поэтика русской литературы, с. 404.

13. Виноградов В. В. О теории художественной речи. М., 1971, с. 128.

14. Смирнов И. П. К изучению символики Анны Ахматовой (раннее творчество). - В кн.: Поэтика и стилистика русской литературы. Л., 1971, с. 283.

15. См.: Адрианова-Перетц В. П. Очерки поэтического стиля Древней Руси. М. -Л., 1947, с. 30 и далее.

© 2000- NIV