Анна Ахматова в записях Дувакина
Н. П. Пахомов

Николай Павлович Пахомов

Ведет беседу В. Д. Дувакин    

П. ... Это было время, когда закрылись "Весы" 1 и стал издаваться...

Д. ..."Аполлон" 2.

П. Да, начал издаваться "Аполлон", ленинградский.

Д. Да, петербургский.

П. Причем этот журнал давал очерки, очень интересные и такие непосредственные, эссе, можно сказать, вернее, оценки такие, блестящие характеристики всех современных, тогда известных очень художников: Крымов 3, Судейкин 4, понимаете, еще другие. Потом литературная часть в "Аполлоне" была очень интересная, тоже все новые: Анна Ахматова, Гумилев печатался 5, очень интересные обзоры были. И занятно то, что вот эти все лица, с которыми я был знаком прежде всего по страницам журналов, - потом мне удалось увидеть всех живьем на выставках. На вернисажах выставок разных, которые были в Петербурге, они все бывали. И кроме того, вечерами они собирались в таком кабачке "Бродячая собака" 6. Их съезд обыкновенно начинался после театра, не раньше 11-ти часов приезжали, а так - к 12-ти. Это было совершенно точно описано у Анны Ахматовой:

Все мы бражники здесь, блудницы 7
Так невесело вместе нам.
По стенам цветы и птицы
Тоскуют по небесам.
Навсегда забиты окошки.
Что там: изморозь иль гроза?
На глаза осторожной кошки
Похожи твои глаза...

Вот это совершенно точное описание этого подвала.

Д. Я не связывал это... Это "Бродячая собака"?

П. "Бродячая собака", да...

Д. Ой, как интересно!

П. ... которая, естественно, была в подвале на Михайловской площади, наискось от Русского музея. И вот надо только отметить характерную такую черту, что никогда я не видел там Блока 8, и, по моим сведениям, он никогда там не появлялся.

Д. Кажется, правильно.

П. Но постоянно встречал Маяковского 9, сидящего в кофте полосатой, желтая полоса - черная, желтая - черная, у турецкого барабана на авансцене, на которой он своим замечательным голосом объявлял 10, кто там будет выступать и так далее. И сам тоже иногда читал стихи, кажется. Ну, выступали - Анна Ахматова, Гумилев, Михаил Кузмин 11 Мандельштам... 12

Д. Мандельштам выступал в "Бродячей собаке"?

П. Осип Мандельштам - он, так закидывая голову... не читал, а как-то, понимаете, просто... свои стихи... даже нельзя сказать, чтоб он выкликал, а это было какое-то особое... он протяжным голосом так... интересно очень...

Анна Ахматова читала... Я ее помню очень стройной, в обтянутом таком платье черном. Вот это тоже она там -

Я надела черную юбку 13,
Чтоб казаться еще стройней...

Она была, действительно, очень стройная. Ее всегда я встречал, неизменно, на всех вернисажах, так что это было уже какое-то такое знакомство, переходящее почти в близкое знакомство, - эти встречи, потому что я неизменно встречал ее... Ну, и она как-то естественно отмечала уже постоянное присутствие меня и моего одного друга, Стольникова, на всех этих вернисажах, на разных вечерах, потом в "Бродячей собаке" и прочее.

Д. А в "Бродячую собаку" можно было зайти постороннему человеку 14?

П. Вот я боюсь сказать, я даже не знаю.

Д. Вас рекомендовал туда кто-нибудь или вы..?

П. Да. Я знал этого - Пронина 15, и через Пронина, значит, я туда попал. Причем при мне, я боюсь точно сказать когда, произошел грандиозный скандал в "Бродячей собаке" с Бальмонтом 16.

Д. Расскажите.

П. Это тогда еще, когда в "Бродячей собаке"... потом уже там не было столиков, не пили, не ели. А одно время, как и у Балиева в "Летучей мыши" 17, <...> сначала давали пить, что-то примитивное - есть. Когда был Бальмонт, то он занимал какой-то столик, с кем - я уже не помню, а через столик сидел какой-то отец с сыном. Ну, было вино, у этого столика, где сидели отец и сын, шампанского стояла бутылка... Как вдруг Бальмонт, обращаясь к молодому человеку, сказал: "Послушайте, перевернитесь, мне ваше лицо не нравится". Тот, значит, сделал движение, чтобы дать ему по физиономии. Отец вскочил, усадил его, говорит: "Это поэт Бальмонт, Бальмонт". Ну, он остался. Тогда Бальмонт еще раз: "Я вам уже сказал". Тогда молодой человек взял и выплеснул ему в лицо бокал шампанского, Бальмонту.

Д. Это вызов на дуэль, так сказать.

П. А Борис Пронин не нашел ничего умнее, как выключить электричество. Вы представляете? В этой кромешной тьме, в подвале, где забиты все окошки! Я почувствовал, что мне кто-то очень больно заехал в бок, и я тоже по чему-то мягкому ударил наотмашь. Началась свалка.

Д. А этот... Бальмонт - так, ни с того ни с сего?

П. Ну, он же пил сильно. И он был буен во хмелю, очевидно. Так что он терял над собой какой-то контроль и вот позволил себе так вести себя, так демонстративно и... Это вот я был свидетель такого скандального...

Д. А стихов там он не читал при вас?

П. Нет. При мне - нет.

Д. Ахматова при вас читала стихи?

П. Читала, много раз я ее слышал, очень много.

Д. А не помните что?

П. Ну, она читала... из книги своей, тогда вышла как раз, - "Четки". 14-й год 18 - "Четки" ее. Потому что первые ее сборники... "Вечер" уже был распродан 19, был уже библиографическая, тогда уже, редкость совершенно. А вот были "Четки". И потом, вероятно, "Белая стая", которая, я не помню, вышла, по-моему, в 915-м 20.

Д. В 17-м она вышла даже.

П. Ах, в 17-м?!

Д. Ну, может, это 2-е издание.

П. Нет, значит, из "Четок", главным образом из "Четок". Она с челочкой такой была. Вот у меня был очень интересный ее портрет. Дело в том, что в 915-м году во время войны в Ленинграде устраивались такие аукционы на Морской в Обществе поощрения художников, аукционы в пользу раненых... был лазарет. И там художники и многие просто жертвовали разные вещи. И в одном из аукционов выставлена была для продажи замечательная чашка фарфоровая, редчайшая, завода Юсупова, архангельского, и портрет Сорина, набросок, подцвеченный карандаш, портрет Анны Ахматовой 21.

Д. Тогда уже?

П. Да

Д. А он существует?

П. Вот...

Д. Расскажете сейчас?

П. Я был на этом аукционе и решил купить эту чашку редчайшую и портрет. Но в чашке мы сцепились вместе с Карсавиной 22, балериной, которая сидела недалеко от меня, и мы остались вдвоем. Ну, я, конечно, не мог устоять и сказал: "Тамара Платоновна, я уступаю Вам. Вам очень хочется эту редкую чашку, я, так сказать..."

Д. Галантность проявили.

П. Да, да. И так же мы сцепились с ней вокруг портрета Ахматовой. Все отпали, осталось нас двое. Но тут она сделала тоже такой жест и сказала: "Ну, в свою очередь я тоже уступаю Вам портрет Ахматовой". Я его получил, и мне звонил Маковский 23, редактор "Аполлона", с тем чтобы воспроизвести его. Но я сказал, что я вообще москвич, что я здесь сдаю только экзамены в университет, приезжаю ненадолго, не все время провожу здесь, поэтому имейте в виду, что... - вот так...

Д. Имейте в виду что?

П. Что я уеду скоро, если Вы хотите, то пользуйтесь пока. Ну, он мне не позвонил. Ну, мне совершенно... - Вы же понимаете сами, я не человек, который бы желал, как теперешние... что, вот, воспроизведенное будет стоить дороже. Это было мне совершенно неинтересно. Я увез ее в Москву. И затем "в минуту жизни трудную", во время революции, я ее продал в ГАХН - это Академия художественных наук, которую возглавлял Петя Коган 24, Петр Семенович. Ну, ее потом быстро расформировали, и куда делся портрет - неизвестно.

И совсем недавно, несколько лет тому назад, когда я отдыхал в "Узком", то там отдыхал Виноградов Виктор Владимирович 25.

Д. Еще был жив?

П. Да, он был жив тогда. И сказал: "Николай Павлович, я послал машину за Анной Андреевной - они были знакомы, - Ахматовой. Приходите, мы вместе пойдем по парку". Ну, она приехала. Она в это время уже очень болела сердцем, и, поднявшись на второй этаж, она не смогла уже больше выходить. Пришла ко мне в номер Надежда Матвеевна, жена Виноградова. "Приходите к нам". Ну, я пришел. И вот мы встретились с Анной Андреевной, которая была уже очень монументальна, полная, совсем не тот образ...

Д. Другой облик.

П. Да. Другой облик. Я сказал: "Помню, как я Вас встречал. Конечно, я остался для Вас малозаметным, вероятно, Вы меня не припоминаете, но я Вас очень хорошо помню, конечно - в "Бродячей собаке", на всех выставках". И рассказал об этом портрете. Очевидно, ей были приятны эти воспоминания, и она мне сказала: "Николай Павлович, а я Вам пришлю, у меня есть фотография с этого портрета". И прислала мне, действительно, эту фотографию.

Д. И она у вас есть?

П. Да. А теперь у меня... я обнаружил, где этот портрет находится. Но это в таком месте, откуда получить я не могу.

Д. В частных руках?

П. Да. Как он попал туда, я не знаю.

Д. Наверное, Харджиев к рукам прибрал 26.

П. Из владений ГАХНа как он туда попал - но это нечего спрашивать. Это часто бывало.

Д. Наверное, Харджиев его прибрал к рукам. Он все собирает по Ахматовой.

П. Нет-нет-нет-нет! Это совсем у другого человека.

Д. Во всяком случае, в частных руках?

П. Да, в частных руках.

Д. Хотя и в государственных пропадает, кто это знает. Если настоящий любитель...

П. Бывает.

Д. Ну, а Гумилева Вы в "Бродячей собаке" встречали?

П. Тоже. Он читал там много раз. Но Мандельштам, вот я забыл, теперь я вспомнил, что он завывал, собственно, читал, завывая несколько.

Д. Ну, тогда же вообще так читали.

П. Нет, то была манера - нараспев немножко. А это... - он поднимал все так голову и начинал (читает, имитируя манеру Мандельштама):

Над желтизной правительственных зданий 27
Крутилась долго мутная метель...
Вот так, с таким завыванием.

Примечания

Николай Павлович Пахомов (1890-1978) - музеевед, коллекционер, специалист по творчеству и иконографии М. Ю. Лермонтова, директор музея-усадьбы "Абрамцево" (1940-1960-е гг.). См. о нем, в частности, в воспоминаниях Э. Г. Герштейн: "Особой его специальностью был Лермонтов - живописное наследие и автографы. <...> Для оформления лермонтовской юбилейной выставки были приглашены ученики и последователи К. С. Малевича - Николай Иванович Суетин и Константин Иванович Рождественский <...> Пахомов выходил из себя. Привыкший к стилизованному оформлению в ампирных московских особняках или приусадебных домах, он насмешливо фыркал, знакомясь с проектами новых художников "made in USA" и пр." (Герштейн Э. Мемуары. СПб., 1998. С. 289).

1. ... Это было время, когда закрылись "Весы"... - "Весы" - литературный ежемесячный журнал издательства "Скорпион", выходивший в Москве в 1904-1909 гг. Последний номер "Весов" за 1909 г. вышел в марте 1910 г. Закрытие журнала совпало с выходом первого номера журнала "Аполлон". Таким образом, несколько номеров "Весов" и "Аполлона" вышли одновременно. 

2. ... стал издаваться "Аполлон". - "Аполлон" - журнал литературы и искусства, издававшийся в Петербурге в 1909-1917 гг. Вскоре после выхода первых номеров стал главным печатным органом акмеистов. 

3. Крымов - Николай Петрович Крымов (1884-1958) - художник. 

4. Судейкин - Сергей Юрьевич Судейкин (1882-1946) - художник, муж О. А. Глебовой-Судейкиной. С 1917 г. в эмиграции. Возможный адресат стихотворения Ахматовой "Безвольно пощады просят...". На экземпляре сборника стихов Ахматовой 1958 г. ("Стихотворения"), принадлежащего В. С. Срезневской, рукой А. Ахматовой проставлены инициалы С. С. (Сергею Судейкину). Автор раннего портрета Анны Ахматовой (набросок на бланке журнала "Русская икона" 4 ноября 1914 г.).

"Мой рисунок Судейкина... возник так.

Я пришла с Судейкиным в редакцию "Аполлона". К Лозинскому, конечно <...> Села на диван. Сергей <Юрьевич> нарисовал меня на бланке "Аполлона" и подарил Михаилу Леонидовичу (Лозинскому. - О. Ф.)" (Записные книжки Анны Ахматовой 1958-1966. М., Torino, 1996. С. 703)

Автор эскизов, декораций и костюмов к театральным постановкам. Один из главных оформителей помещения "Бродячей собаки". (О "Бродячей собаке" см. подробнее в комментарии 6 наст, беседы.) О работе Судейкина по оформлению "Бродячей собаки" см. воспоминания Б. Пронина: "... Работали по ночам, стены расписывал главным образом Судейкин, он сделал чудеса - цветы зла и птицы, но теперь ничего не сохранилось, никаких фото не было" (Б. Пронин. В "Бродячей собаке": из стенограммы воспоминаний, сделанной в 1939 г. Цит. пост.: А. Е. Парнис, Р. Д. Тименчик. Программы "Бродячей собаки" // Памятники культуры. Новые открытия. Л.: Наука, 1983. С. 172) (о Б. К. Пронине см. подробнее в комментарии 15 наст, беседы), а также Н. Евреинова: "Роспись "Бродячей собаки" принадлежала, правда, не одному только Судейкину, но Судейкин был здесь главным исполнителем <...> Вся роспись стен, задорная, таинственная, шуточная, если можно так выразиться, являла, разумеется, не "декорации" в узком смысле этого слова, но как бы декорации, переносящие посетителей подвала далеко за пределы их подлинных места и времени. Здесь сказывались полностью те чары "театрализации данного мира", какими Судейкин владел как настоящий гипнотизер" (Н. Н. Евреинов. Творческий путь С. Судейкина как живописца в театре. 1926 // РГАЛИ, ф. 982, оп. 1, ед. хр. 33, лл. 34-36. Цит. по ст.: А. Е. Парнис, Р. Д. Тименчик. Программы "Бродячей собаки". С. 248). О С. Судейкине также см.: Д. Коган. С. Ю. Судейкин. М., 1974; Э. Мок-Бикер. Коломбина десятых годов: Книга об Ольге Глебовой-Судейкиной. Париж-СПб., 1993. Воспоминания С. Судейкина о "Бродячей собаке" см. в кн.: Встречи с прошлым, вып. 5. верх

5. ... Гумилев печатался... - Николай Степанович Гумилев (1886-1921). Стихи, статьи и рецензии Гумилева публиковались в "Аполлоне" № 1 (1909) по 1916 г. 

6. ... в... кабачке "Бродячая собака" - "Бродячая собака" (31 декабря 1911 - 3 марта 1915) - литературно-артистическое кабаре, находившееся в Петербурге на углу Итальянской улицы и Михайловской площади (ныне площадь Искусств) во втором дворе дома № 5. 

7. "Все мы бражники здесь, блудницы..." - неточно цитируется стихотворение Анны Ахматовой, впервые опубликованное в журнале "Аполлон" (1913, № 4) под заглавием "Cabaret Artistique". 

8. ... никогда я не видел там Блока... - Александр Александрович Блок (1880-1921). Ср. с воспоминаниями Б. Пронина: "Пришли Гумилев, Ахматова, Кузмин, а вот Блока не могли захороводить, он был страшно мрачен в этот период <...> в "Собаке" он бы чувствовал себя плохо, сидел у себя на квартире, был замкнут и меланхоличен" (Цит. по ст.: А. Е. Парнис, Р. Д. Тименчик. Программы "Бродячей собаки". С. 168). См. также свидетельство В. Пяста: "Вот Блока - никак никогда и ни за что хунд-директор залучить в "Собаку" не мог" (В. Пяст. Встречи. М., 1929. С. 274). 

9. ... постоянно встречал Маяковского... - Владимир Владимирович Маяковский (1893-1930). Частые посещения Маяковским "Бродячей собаки" отмечали многие мемуаристы. См., в частности, воспоминания А. А. Радакова: "В "Собаке" Маяковский часто бывал, сидел подолгу, там же писал - у камина" (А. А. Радаков. Сатирикон и сатириконцы. Стенограмма 1940 г., архив В. А. Катаняна. Цит. по ст.: А. Е. Парнис, Р. Д. Тименчик. Программы "Бродячей собаки". С. 165) и "Записные книжки" Анны Ахматовой: "Каждый день или вернее каждую ночь Маяковский в желтой кофте. Любил там читать" (С. 556), а также рассказ Ахматовой о встречах с Маяковским, приведенный в воспоминаниях И. С. Эвентова: "... Я часто бывала у Пронина, в "Бродячей собаке" <...> Там бывали самые разные художники и поэты: до утра. Маяковского я видела там несколько раз. Однажды, когда я вошла, застала его прямо у входа полулежащим возле большого турецкого барабана. Как только в дверях появлялся кто-нибудь из его соратников-футуристов, он мощным ударом возвещал о приходе "мэтра". Мой приход он отметил широким помахиванием шляпы, для чего встал из-за барабана" (Эвентов И. С. От Фонтанки до Сицилии // Об Анне Ахматовой. Л., 1990. С. 364).

О знаменитом скандале в "Бродячей собаке" (11 февраля 1915 г.), вызванном чтением Маяковским стихотворения "Вам" и послужившем одной из причин закрытия кабаре, впоследствии вспоминали Пронин и Ахматова: "На этом вечере было обилие народа <...> Маяковский вышел и прочитал "Вам". Это имело действие грома, получились даже обмороки..." (Б. Пронин. В "Бродячей собаке". Цит. по ст.: А. Е. Парнис, Р. Д. Тименчик. Программы "Бродячей собаки". С. 166). "Они ["фармацевты"] орали, а Маяковский стоял на эстраде совершенно спокойно и не шевелясь курил огромную сигару... Да. Вот таким я и запомнила его, очень красивым, очень молодым, большеглазым таким, среди воющих мещан" (воспоминания Ахматовой о Маяковском в записи О. Берггольц см.: О. Берггольц. Сто сорок солнц... // Литературная Россия, 1963, № 129, 19 июля).

В 1926 г. Маяковский, вспоминая "Бродячую собаку", писал: "Богема - это было общество изысканно-остроумных и талантливых людей, и ходили туда отнюдь не пьянствовать" (Маяковский В. В. Полное собр. соч. в 13 т. Т. 12. 1959. С. 490). 

10. ... своим замечательным голосом объявлял... - ср. со свидетельством П. Лукницкого: "А[нна] А[ндреевна] считает, что у Маяковского красивый голос" (Лукницкий П. Н. Встречи с Анной Ахматовой. Т. 2. 1926-1927. М. - Париж, 1997. С. 9). 

11. ... Михаил Кузмин... - Михаил Алексеевич Кузмин (1872-1936) был завсегдатаем "Бродячей собаки" и являлся автором ее гимна "От рождения подвала...". В частности, в 1913 г. в "Бродячей собаке" состоялась постановка пьесы Кузмина "Вертеп кукольный. Рождество Христово" в оформлении С. Судейкина. 

12. ... Мандельштам... - Осип Эмильевич Мандельштам (1891-1938), один из постоянных посетителей "Бродячей собаки", в 20-х годах вспоминал: "Лет десять назад, в эпоху снобизма "бродячих собак" <...> молодые люди, не спешившие выбирать профессию, ленивые чиновники привилегированных учреждений, маменькины сынки, - охотно рядились в поэтов со всеми аксессуарами этой профессии: табачным дымом, красным вином, поздними возвращениями, рассеянной жизнью" (О. Мандельштам. Армия поэтов // О. Э. Мандельштам. Собр. соч. Т. 2. М., 1991. С. 209). 

13. "Я надела черную юбку..." - неточное цитирование стихотворения А. Ахматовой "Все мы бражники здесь, блудницы..." (1912). 

14. ... можно было зайти постороннему человеку? - "Бродячая собака" была "закрытым" кабаре. Вход в нее был свободным для "действительных членов", а для гостей был возможен при наличии пригласительных билетов. Б. Пронин вспоминал: "... клубная система была и предлогом для отказа. Приходили разные люди, большей частью я дежурил у входа и говорил: "Раз вы не записаны, Вы не можете попасть"" (Б. Пронин. В "Бродячей собаке". Цит. по ст.: А. Е. Парнис, Р. Д. Тименчик. Программы "Бродячей собаки". С. 249). "Действительные члены" "Собаки" могли рекомендовать туда гостей. См. записку Ахматовой от 18 февраля 1914 г. администрации кабаре "Бродячей собаки": "Рекомендую на вторник 18 февраля Николая Николаевича Пунина (литератор, сотрудник "Аполлона" и др.). Д[ействительный] ч[лен] Анна Ахматова" (РГАЛИ, ф. 2633, оп. 1, ед. хр. 32. Цит. по кн.: Летопись жизни и творчества Анны Ахматовой. Ч. 1. М., 1996. С. 69). 

15. ... этого - Пронина... - Борис Константинович Пронин (1875-1946) - театральный деятель, организатор литературно-художественных кабаре "Бродячая собака" (1911-1915), "Привал комедиантов" (1916-1919) в Петербурге и "Странствующий энтузиаст" в Москве (20-е гг.). См. воспоминания Пронина 1939 г.: "Собаку" придумал всецело я. <...> у меня возникла мысль, что надо создать романтический кабачок, куда бы мы все, "бродячие собаки", могли приткнуться, дешево покормиться и быть у себя - бродячие, бесприютные собаки <...> Весь конец 1911 года я бегал по Петербургу, искал и в конце концов нашел там идеальное помещение <...> подвал и вход во дворе, тут не нужен был бельэтаж, куда на шум может ворваться полиция" (Стенограмма воспоминаний Б. В. Пронина "В "Бродячей собаке". Цит. по ст.: А. Е. Парнис, Р. Д. Тименчик. Программы "Бродячей собаки". С. 162). В 1905 г. заведовал хозяйственной частью МХТ, был активным участником Театральной студии при МХТ, исполнял обязанности секретаря К. С. Станиславского по делам студии. В 1916 г. - помощник режиссера в театре В. Ф. Комиссаржевской, в сезон 1907-1908 гг. работал в студии П. М. Ярцева, в 1910 г. становится активным участником "Дома интермедий" Вс. Мейерхольда. В конце 20-х гг. жил в ссылке в Йошкар-Оле и в Батуми, в 30-е гг. вернулся в Ленинград, где служил актером в Академическом театре им. А. С. Пушкина. Б. Пронин присутствовал на первом публичном чтении Ахматовой "Поэмы без героя", состоявшемся в 1941 г. в Союзе писателей. Во время Великой Отечественной войны был эвакуирован с театром в Новосибирск, скончался в Ленинграде в 1946 г. Подробнее о Б. Пронине см.: А. Е. Парнис, Р. Д. Тименчик. Программы "Бродячей собаки"). 

16. ... грандиозный скандал в "Бродячей собаке" с Бальмонтом. - "8 ноября 1913 г. на чествовании Константина Дмитриевича Бальмонта (1867-1948) в "Бродячей собаке" после речей и экспромтов Пронина, Сологуба, Городецкого... сын историка литературы П. О. Морозова оскорбил чествуемого поэта. Группа литераторов и актеров (по инициативе Сологуба) подписала письмо с выражением негодования Обществу интимного театра <...> Далеко не все присутствующие при инциденте поставили свои подписи, например, А. Ахматова, В. Хлебников, А. Блок" (А. Е. Парнис, Р. Д. Тименчик. Программы "Бродячей собаки". С. 215). См. также свидетельство присутствовавшего на этом вечере М. А. Долина: "К утру Бальмонт напился пьян, сел подле Ахматовой и стал с нею о чем-то говорить. В это время к нему подошел Морозов (сын пушкинианца) и стал говорить комплименты. Бальмонт с перепою не разобрал в чем дело и заорал: "Убрать эту рожу!" Тогда Морозов обозлился, схватил стакан с вином и швырнул в К. Д. Этот вскочил, но был сбит с ног Морозовым. Пошла драка. Ахматова бьется в истерике. Гумилев стоит в стороне, а все прочие избивают Морозова" (Из письма М. А. Долина Б. А. Садовскому // Литературное обозрение, 1992, № 1. С. 21). 

17. ... у Балиева в "Летучей мыши"... - Никита Федорович Балиев (1877-1936) - актер-режиссер театра миниатюр "Летучая мышь". После 1917 г. в эмиграции.

"Летучая мышь" - артистическое кабаре, открытое в феврале 1908 г. в Москве актерами МХТ. Интересное сопоставление "Летучей мыши" с "Бродячей собакой" и приводит в своих воспоминаниях Б. Эйхенбаум: "Культура подвалов в Петрограде иная. Напряженно-рассудочная жизнь столицы легче и интереснее приобретает формы гротеска. Здесь в "Летучей мыши нет такого ядовитого алкоголя, который знаком посетителю петроградских подвалов. Лубочные панно, лубочный юмор, "стильные сценки" и, наконец, сама фигура хозяина, - хлопочущего о гостях, - это все такое московское, что петроградец зевает до конца и уходит разочарованным. Призраком встает в воображении вечерний Петроград, и в памяти возникают строки:

Все мы бражники здесь, блудницы,
Как невесело вместе нам!
На стенах цветы и птицы
Томятся по облакам"

(Б. Эйхенбаум. Душа Москвы // Современное слово, 1917, 24 января. Цит. по А. Е. Парнис, Тименчик. Программы "Бродячей собаки". С. 244).

18. ..."Четки". 14 год... - второй сборник Анны Ахматовой "Четки" вышел 15 марта 1914 г."... Жизни ей (книге. - О. Ф.) было отпущено примерно 6 недель <...> Казалось, маленькая книга любовной лирики начинающего автора должна была потонуть в мировых событиях. С "Четками" это[го] не случилось <...> И потом еще много раз она выплывала из моря крови, и из полярного оледенения, и побывав на плахе, и украшая собой списки запрещенных изданий... представляя собой краденое добро (изд[ание] Ефрона, Берлин и одесская контрафакция при белых (1919)" (Анна Ахматова. Записные книжки. С. 376). 

19. "Вечер" уже был распродан... - первый сборник стихотворений Ахматовой "Вечер" с предисловием М. Кузмина вышел в марте 1912 г. в количестве 300 экз. "Когда мне сказали знакомые, что "Вечер" разошелся и надо получить за него деньги, я пошла в книжную лавку Вольфа в Гостином дворе, где "Вечер" продавался, вызвала старшего приказчика <...> и объяснила ему, в чем дело. Почтенный старичок с белоснежной бородой добродушно ответил мне: "Да что вы, барышня, статочное ли это дело? - наверное в Казань заслали", и предложил зайти через неделю! "Вечер" был напечатан в количестве 300 экз." (Цит. по кн.: Анна Ахматова. Десятые годы: В 5 кн. / Сост. и прим. Р. Д. Тименчика и К. М. Поливанова; послесл. Р. Д. Тименчика. М., 1989. С. 79). 

20. "Белая стая"... вышла... в 915-м. - ошибка мемуариста. Третий сборник Ахматовой "Белая стая" вышел в сентябре 1917 г. "Этот сборник появился при еще более грозных обстоятельствах, чем "Четки" <...> Если "Четки" опоздали, "Б[елая] ст[ая]" прилетела к шапочному разбору. Транспорт замирал - книгу было нельзя прислать даже в Москву, она вся разошлась в Петрограде. Бумага грубая - почти картон. <...> Через год Михайлов ("Прометей") купил у меня право на 2 изд<ание>. Это было в 1918 г., в уже совсем холодном и полупустом Петербурге. В 1919 г. сокращенная контрафакция в Тифлисе, затем Блох и Алянский напечатали Б[елую] стаю [дополнительно] в Берлине) в издательстве "Petropolis" и один Алянский в "Алконосте" (1922)..." (Анна Ахматова. Записные книжки. С. 378). 

21. ... портрет Сорина... Анны Ахматовой. - имеется в виду портрет Анны Ахматовой (1914 г.) работы художника Савелия Абрамовича Сорина (1878-1953). 

22. ... с Карсавиной... - Тамара Платоновна Карсавина (1885-1978) - балерина, танцевала (1902-1918) в труппе Мариинского театра, неоднократно выступала в "Бродячей собаке". Адресат стихотворения Ахматовой "Тамаре Платоновне Карсавиной", впервые опубликованного в сб.: "Тамаре Платоновне Карсавиной - "Бродячая собака" (СПб., 1914). В своих мемуарах Карсавина так вспоминала "Бродячую собаку": "... В клубе не было притворства, не было скучных штампов и натянутости, и самое главное - там не придавали никакого значения социальному положению гостя. Один из моих друзей, художник, впервые привел меня туда за год до войны. Встреча, устроенная по этому случаю, отличалась даже торжественностью: меня подняли вместе с креслом, и, совершенно смущенная, я должна была благодарить за аплодисменты. Этот ритуал дал мне право свободного входа в закрытый клуб - погребок, и хотя я не питала особой симпатии к жизни богемы, но это обиталище находила уютным <...> Однажды ночью я танцевала там под музыку Куперена: не на сцене, а просто среди публики, на маленьком пространстве, окруженном гирляндой живых цветов" (Т. П. Карсавина. Театральная улица. Л., 1971. С. 220-221. Цит. по ст.: А. Е. Парнис, Р. Д. Тименчик. Программы "Бродячей собаки". С. 171). Ср. воспоминания Карсавиной со следующей записью А. Ахматовой: "Бродячая собака" - вечер Тамары Карсавиной - она танцует на зеркале (Наброски либретто балета по мотивам "Поэмы без героя" // Анна Ахматова. Записные книжки. С. 87). 

23. ... Маковский... - Сергей Константинович Маковский (1877-1962), поэт, художественный критик, мемуарист, основатель и редактор журнала "Аполлон". С 1918 г. в эмиграции. К мемуарам С. Маковского "Портреты современников" (New York, 1958) Ахматова отнеслась резко отрицательно, расценивая их как "бред" и "клевету" человека "абсолютно впавшего в детство, [но почему-то] злобствующего и умирающего от зависти" (Анна Ахматова. Записные книжки. С. 626).

Подробнее об отношении Ахматовой к личности и воспоминаниям Маковского см. там же, с. 363-364. 

24. ... Петя Коган... - Петр Семенович Коган (1872-1932) - историк, литературный критик. В 1921 -1929 г. - президент Государственной Академии художественных наук (ГАХН). 

25. Виноградов Виктор Владимирович (1895-1969) - филолог, академик с 1946 г. Автор книги "О поэзии Ахматовой. Стилистические наброски" (Л., 1923). С В. В. Виноградовым Ахматова поддерживала дружеские отношения до конца жизни. Встречи Ахматовой и Виноградова обычно происходили на Ордынке, в доме Ардовых. Так, к одному из визитов Виноградова младшими членами семьи Ардовых была сочинена частушка:

К нам приехал Виноградов,
Виноградова не надо!
Выйду в поле, закричу:
Мещанинова хочу!

(Намек на замену В. В. Виноградовым И. И. Мещанинова на посту академика-секретаря отделения литературы и языка АН СССР в 1950 г.) (М. В. Ардов. Легендарная Ордынка // М. Ардов, Б. Ардов, А. Баталов. Легендарная Ордынка. СПб., 1997. С. 51). 

26. ... Харджиев прибрал. - Николай Иванович Харджиев (1903-1996) - филолог, искусствовед, коллекционер. Дружба Ахматовой и Харджиева началась в 1930 г. в Ленинграде и не прерывалась до конца ее жизни. В 1941 г. на квартире Харджиева (Марьина роща) состоялась вторая встреча Ахматовой и Цветаевой. См. о ней в воспоминаниях Харджиева (Вопросы литературы. 1989, № 6). 

27. "Над желтизной правительственных зданий..." - цитируются начальные строки стихотворения О. Мандельштама "Петербургские строфы" (1913), посвященного Н. Гумилеву.

© 2000- NIV