Cлово "SON"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  
1. Эткинд Е.: "... Как Феникс из пепла" Поэзия Анны Ахматовой на Западе. Германия и Франция
Входимость: 6.
2. Рафалович Сергей: Анна Ахматова
Входимость: 2.
3. Михайлова Галина: "Миф о поэте" Анны Ахматовой в западноевропейском литературном контексте: интертекстуальный анализ
Входимость: 1.
4. Павел Николаевич Лукницкий. Acumiana. Встречи с Анной Ахматовой. Том 2. Часть 8.
Входимость: 1.
5. Музыка и музыканты на жизненном пути Ахматовой (заметки к теме) (Р. Тименчик)
Входимость: 1.
6. * * * (City vanished, the last house's window)
Входимость: 1.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Эткинд Е.: "... Как Феникс из пепла" Поэзия Анны Ахматовой на Западе. Германия и Франция
Входимость: 6. Размер: 37кб.
Часть текста: на Западе. Германия и Франция "Забудут? - вот чем удивили!.." Анна Ахматова 1 На долю Анны Ахматовой, достигшей редкой для русского поэта старости, выпали некоторые международные почести: ее избрали доктором honoris causa Оксфордского университета, ей присудили итальянскую премию Этна Таормина... Ничего такого не испытали ее сверстники: ни первый ее муж Николай Гумилев (казненный за 45 лет до ее смерти), ни близкий ее друг Осип Мандельштам (умерший почти на 30 лет раньше ее), ни поклонявшаяся ее таланту Марина Цветаева (умерла раньше на 25 лет), ни Владимир Маяковский (покончивший с собой в 37 лет, почти за четыре десятилетия до смерти Ахматовой), ни далее Борис Пастернак (принужденный на пороге семидесятилетия отвергнуть Нобелевскую премию и доведенный безжалостной травлей до смерти за шесть лет до ахматовской кончины). Из поколения блестящих поэтов Серебряного века она осталась одна. Немало строк она посвятила ушедшим; "Надпись на книге" (1940), адресованную другу юности Михаилу Лозинскому, она начала словами "Почти от залетейской тени..." и кончила пожеланием, чтобы "... над задумчивою Летой / Тростник оживший зазвучал". Так она писала в начале второй мировой войны, а близко к ее концу, в марте 1944-го, создала первое стихотворение цикла "Венок мертвым", призванного ...
2. Рафалович Сергей: Анна Ахматова
Входимость: 2. Размер: 15кб.
Часть текста: зарю своего творчества назвала вечерней зарей. От вечерних сумерек до сумерек рассветных протянулись нити, которые привели ее к художественной законченности формы и мудрой отточенности мысли и чувства, окрашенных и окрыленных такими настроениями, что она, поистине, имела право назвать свои последние стихи "Белой Стаей": Все тебе: и молитва дневная... И стихов моих белая стая.. Она, как поэт, - никогда не была молода. Своеобразная горькая гримаса была в ее чертах отражением душевного излома и передавалась стихами в виде особого ритма, творимого перебивающимися размерами. Та же неспокойная и, в сущности, тяжелая ужимка сквозь ей одной свойственное сочетание образов, сквозь особый прием пользования окружающим, который так характерен для нее и сразу придал острую индивидуальность ее первым неумелым опытам. Про Ахматову теперешнюю, далеко ушедшую от той, которая читала свои первые стихи Вячеславу Иванову в его знаменитой "башне", когда ее муж, поэт Гумилев, еще не признавал ее поэтического дара, про Ахматову "Белой Стаи" можно сказать, что она не изменила прежней, не порвала ни одной из нитей, протянутых тою из души к миру, и как редкое исключение среди поэтов, развивающихся и зреющих в своем творчестве, осталась необычайно собою, поразительно подобной сама себе и в то же время изумительно выросла на наших глазах. В этом и кроется разгадка того, что ее, с одной стороны, можно называть поэтом, замкнувшимся в узком кругу интимных переживаний, что ее стихи пришлись по вкусу "влюбленным гимназисткам", и что, с другой стороны, самые утонченные и требовательные знатоки и любители поэзии,...
3. Михайлова Галина: "Миф о поэте" Анны Ахматовой в западноевропейском литературном контексте: интертекстуальный анализ
Входимость: 1. Размер: 86кб.
Часть текста: контексте: интертекстуальный анализ В попытках объяснить себе и воображаемому читателю литературный статус "Поэмы без героя" Ахматова обозначила свое новаторство как предельную смысловую интенсификацию стиха1. Уточним: в "Поэме без героя" информационная емкость тождественна предельной цитатности поэтической строки. Пути, на которых Ахматова в "триптихе" реализует тайную знаковость2 своего письма, способы "перечитывания" ею источников, ставших предтекстами ее стихов, - предмет дальнейших рассуждений, в результате которых обнаруженные неявные смыслы исследуемого сегмента текста организуются в единое целое и проясняют более глубокую во временном и в онтологическом плане сущность. Объектом анализа станут следующие строфы поэмы: Ты... Ровесник Мамврийского дуба, Вековой собеседник луны. Не обманут притворные стоны, Ты железные пишешь законы, Хаммураби, ликурги, солоны У тебя поучиться должны. Существо это странного нрава. Он не ждет, чтоб подагра и слава Впопыхах усадили его В юбилейные пышные кресла, А несет по цветущему вереску, По пустыням свое торжество. И ни в чем не повинен: ни в этом, Ни в другом и ни в третьем... Поэтам Вообще не пристали грехи. Проплясать пред Ковчегом Завета Или сгинуть!.. Да что там! Про это Лучше их рассказали стихи3 Текст семантически многомерен, не раз подвергался интерпретациям, и дальнейшие суждения не претендуют на исчерпывающее (если таковое вообще возможно) его истолкование. Я предлагаю обратиться к "западным корням" отрывка, а именно к поэзии (и отчасти к прозе) англичанина Роберта Браунинга и француза Теофиля Готье. Обозначим метаописание анализируемого текста цифрой I и нечто из его "генетического досье" - строфу, не вошедшую в поэму, - цифрой II. I. "Работа над ней (поэмой. - Г. М.) ... напоминала проявление пластинки. Там уже все были. Демон всегда был Блоком, Верстовой Столб4 - Поэтом вообще, Поэтом с большой буквы (чем-то...
4. Павел Николаевич Лукницкий. Acumiana. Встречи с Анной Ахматовой. Том 2. Часть 8.
Входимость: 1. Размер: 72кб.
Часть текста: "Память о солнце". d. "Здравствуй..." e. "Сероглазый король" (дважды засмеялась на одном и том же месте и так и не закончила). Второе отделение: 1. М. Лозинский - стихотворение, посвященное АА. 2. Артистка.... отвратительно декламировала: а. "Покинув рощи родины священной..." в. "Теперь никто не станет слушать песни..." c. "Я пришла сюда, бездельница..." d. Стихотворение Е. Данько, посвященное АА ("Марсово поле..."). 3. В. Гельмерсен. Переводы на немецкий язык. а. "По неделе ни слова ни с кем не скажу..." в. "Широк и жест..." с. "А ты теперь тяжелый и унылый..." d. "Сжала руки..." 4. Л. Попова - свое стихотворение, посвященное АА. 5. М. Лозинский: а. "Из логова змиева" - Н. Гумилева. в. "Она" - Н. Гумилева. 6. П. Лукницкий: а. "В полуночи осыпанной золою" - Комаровского. в. "Адис-Абеба - город роз" - Н. Гумилева. с. "В пол-оборота, о печаль..." - О. Мандельштама. Вечер с начала до конца неудачный. Придумала его Гензен - и плохо придумала. Я не говорю уж о самой идее вечера - устраивать вечер без участия АА, полуконспиративно (зачем?!), бестолково, глупо устраивать!.. Никакой подготовки не было...
5. Музыка и музыканты на жизненном пути Ахматовой (заметки к теме) (Р. Тименчик)
Входимость: 1. Размер: 121кб.
Часть текста: дров. Шарманщики ("пой, ласточка, пой, сердце успокой..."), точильщики ("точу ножи, ножницы..."), старьевщики ("халат, халат"), которые всегда были татарами. Лудильщики. "Выборгские крендели привез" (гулко в дворах-колодцах). <...> Колокольный звон, заглушаемый звуками города. Барабанный бой, мне всегда напоминающий казнь. Санки с размаху о тумбу на горбатых мостах..."3 Ахматова перечислила только отдельные фрагменты пространного фонового пласта. Для того чтобы представить себе его в более широком объеме, воспользуемся забытыми воспоминаниями одного из коренных петербуржцев: "А где теперь музыка петербургских дворов - бесконечно разнообразные напевы разносчиков? Сколько в ней было неуловимой прелести. С раннего детства я знал все их певучие скороговорки, врывавшиеся весной со двора в открытые окна вместе с запахом распускающихся тополей. Вон мальчик в белом фартуке тоненьким голоском выкликает: Вот спички хоро-о-о-о-о-ши, Бумаги, конверта-а-а-а-а. Его сменяет баба со связкой швабр на плече. Она останавливается среди двора и, тихо вращаясь вокруг своей оси, грудным голосом поет: Швабры по-о-о-ловня-а-а-а-а-а-а-ааа. Потом, покачиваясь и поддерживая равновесие, появляется рыбак с большой зеленой кадкой на голове, в которой на дне плещется живая рыба, а сверху, на полочке, разложена сонная: Окуни, ерши, сиги, Есть лососина-а-а-а-а-аааа. Потом толстая торговка селедками с синевато-красным лицом, как-то захлебываясь, взывает: Селледки галански, Селлледки-и-и-и-и-ииии. А то въезжает во двор зеленщик с тележкой и заводит свою заунывную песню: Огурчики зелены, Салат кочанный, Шпинат зеленый, Молодки, куры биты. В это разнообразие напевов то и дело врывается угрюмое бурчание татар-старьевщиков: Халат, халат, Халат, халат. Почему-то точильщики и торговцы обувью всегда начинали свои песни особым басистым рычанием, которое делало обыкновенные слова какими-то непонятными и...

© 2000- NIV