Cлово "ЮНКЕРСТВО"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: ЮНКЕРСТВА, ЮНКЕРСТВОМ

1. Пьяных Михаил: Тайнопись Пушкина в исследованиях А. Ахматовой
Входимость: 1. Размер: 21кб.
2. Лосиевский Игорь: Анна Всея Руси. Глава четвертая
Входимость: 1. Размер: 71кб.
3. Кертман Л.: Безмерность и гармония (Пушкин в творческом сознании Анны Ахматовой и Марины Цветаевой)
Входимость: 1. Размер: 68кб.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Пьяных Михаил: Тайнопись Пушкина в исследованиях А. Ахматовой
Входимость: 1. Размер: 21кб.
Часть текста: что в ХХ веке время работало на Пушкина, а его родной XIX век был к великому поэту очень несправедлив и жесток", - отмечала Ахматова. XX век работал на Пушкина прежде всего в лице своих выдающихся писателей и философов, которые много сделали для постижения его жизни и творчества и выяснения роли великого поэта в развитии русской литературы и русского общества. Особенно важна знаменитая пушкинская речь Достоевского 1880 года, с которой начинается пролог трагического XX века: в ней Пушкин был определен как путеводный национальный идеал. Вслед за Достоевским, и нередко в полемике с ним, о Пушкине было много интересного сказано Вл. Соловьевым, В. Розановым, Д. Мережковским, В. Брюсовым, А. Блоком, В. Ходасевичем, М. Цветаевой, С. Булгаковым, Вяч. Ивановым, И. Ильиным, С. Франком, Г. Федотовым, Г. Адамовичем, А. Платоновым, А. Твардовским, А. Терцем (А. Синявским), А. Солженицыным и другими писателями и философами. Свой неповторимый вклад в постижение Пушкина внесла А. Ахматова. У нее почти нет стихов о поэте: кроме известного "Смуглый отрок бродил по аллеям...", написанного в 1911 г., можно еще назвать четверостишие 1962 г.: И было сердцу ничего к надо, Когда пила я этот...
2. Лосиевский Игорь: Анна Всея Руси. Глава четвертая
Входимость: 1. Размер: 71кб.
Часть текста: поле, и на Невском, и у Преображенских казарм. Толпы солдат и рабочих беспощадно расправлялись с городовыми, срывали с офицеров погоны. Революция совсем не была "бескровной", как ее называли современники, в памяти которых последующие годы террора вытеснили воспоминания о первых жертвах. А между тем, войска продолжали переходить на сторону революции, поддержав бастующие заводы Выборгской стороны. Молнией облетело столицу известие: Николай II отрекся от престола. Командир Гвардейского флотского экипажа великий князь Кирилл Владимирович присягнул Временному правительству. Повсюду звучала "Марсельеза", часто были слышны лозунги "Смерть фараонам!", "Да здравствует Демократическая республика!" С середины января Ахматова жила в Петрограде у Срезневских, на Боткинской. В дни февральской революции здесь ее посетил человек, которому, по свидетельству автора, посвящено тридцать одно стихотворение в "Белой стае" и "Подорожнике" - четвертом ахматовском сборнике. Борис Анреп, начинавший как русский поэт и художественный критик "Аполлона", в будущем - известный английский художник-мозаичист. Они познакомились за два года до этой встречи, в Царском у Н. В. Недоброво. В феврале 1916 года, перед отъездом Анрепа в Англию (он был командирован в Русский правительственный комитет, где работал до конца войны) Ахматова подарила ему семейную реликвию - золотое кольцо, покрытое черной эмалью. Теперь они прощались надолго. В воспоминаниях Б. В. Анрепа сохранились обрывки их последнего разговора. "Мы некоторое время говорили о значении происходящей революции. Она волновалась и говорила, что надо ждать больших перемен в жизни. "Будет то же самое, что было во Франции во время Великой революции, будет, может быть, хуже". - "Ну, перестанем говорить об этом". Мы замолчали. Она опустила голову. "Мы больше не увидимся. Вы уедете". - "Я...
3. Кертман Л.: Безмерность и гармония (Пушкин в творческом сознании Анны Ахматовой и Марины Цветаевой)
Входимость: 1. Размер: 68кб.
Часть текста: какой-либо развернутой аргументации нет ни здесь, ни в упоминаемых мемуаристами других (не менее жестких) ахматовских высказываниях на ту же тему. Таким образом, Анна Ахматова не оставила нам иной возможности понять эти слова, кроме как сравнить ее пушкиниану с цветаевской. Периодически предпринимаемые разными критиками попытки сравнения ахматовской и цветаевской поэзии ими обеими воспринимались как неоправданные и неудачные. "Такие сравнения ни у кого не выходят, даже у Марины не вышло: Пастернак и Маяковский. Один в таких случаях получается настоящий, а другой — набивная кукла"2 — так отозвалась Анна Ахматова об опубликованной в 1923 году в парижском еженедельнике "Звено" статье К. Мочульского "Русские поэтессы. Марина Цветаева и Анна Ахматова". Марина Цветаева еще уничижительнее отозвалась об этой статье: "…статья некоего Мочульского <…> Женская поэзия, об Ахматовой и мне. Если попадется — прочтите, посмейтесь и пожалейте!"3 (из письма А. В. Бахраху, 1923). Возникают, однако, ситуации, когда рождается объективная необходимость сопоставления. Все, что связано с пушкинской жизнью и судьбой, любовью и гибелью, занимало огромное место в их душах, и именно поэтому известная "духовно-эстетическая чужеродность"4 Анны Ахматовой и Марины Цветаевой, естественно, проявилась и в их пушкинианах (и в лирике, и в прозе). Ахматовское выстраданное убеждение: "Есть в близости людей заветная черта, / Ее не перейти влюбленности и страсти…" очень ощутимо в том, что и как она говорит о Пушкине в своей лирике: любое сокращение дистанции для Ахматовой недопустимо, так как означало бы бестактный переход той...

© 2000- NIV