Cлово "ЮЖНОРУССКИЙ"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: ЮЖНОРУССКИХ, ЮЖНОРУССКОЙ, ЮЖНОРУССКИМ, ЮЖНОРУССКИЕ, ЮЖНОРУССКОМУ

1. Крисанова Е. В.: Фонетические портреты А. Ахматовой и Б. Пастернака (консонантизм)
Входимость: 7. Размер: 53кб.
2. Марченко Алла: Ахматова: жизнь. Интермедия седьмая (1933–1938)
Входимость: 1. Размер: 105кб.
3. Мандельштам Н. Я.: Из воспоминаний
Входимость: 1. Размер: 82кб.
4. Найман Анатолий: Рассказы о Анне Ахматовой (Воспоминания). Страница 2
Входимость: 1. Размер: 53кб.
5. Беспрозванный Вадим: Анна Ахматова - Владимир Нарбут - к проблеме литературного диалога
Входимость: 1. Размер: 36кб.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Крисанова Е. В.: Фонетические портреты А. Ахматовой и Б. Пастернака (консонантизм)
Входимость: 7. Размер: 53кб.
Часть текста: актера И. М. Москвина интересовало не с чисто орфоэпической точки зрения, но как один из аспектов проблемы сценической речи, и потому использование Москвиным тех или иных произносительных вариантов рассматривалось, в первую очередь, как средство создания сценического образа. В "Истории русского литературного произношения XVIII-XX вв." (Панов 1990) фонетические портреты, по мысли автора, призваны иллюстрировать орфоэпические законы той или иной эпохи в их конкретном воплощении 1 . Разнородностью привлеченного материала обусловлено многообразие затронутых аспектов: в одних случаях выводы М. В. Панова касаются бытовой разговорной речи информанта (таковы, в частности, портреты А. А. Реформатского или О. О. Садовской), в других случаях исследователь обращается к индивидуальным особенностям исполнения стихов, к экспрессивной функции произношения, к проблеме фонетической стилистики (портреты В. Н. Яхонтова и А. А. Вознесенского). Цель моей работы иная. Составление фонетических портретов Ахматовой и Пастернака было для меня хотя и трудоемкой, но всего лишь вспомогательной задачей, - это часть большого исследования, посвященного специфике распределения согласных в стихе в отличии от прозы. Характер этого исследования обусловил границы...
2. Марченко Алла: Ахматова: жизнь. Интермедия седьмая (1933–1938)
Входимость: 1. Размер: 105кб.
Часть текста: литераторы вдруг успокоились и словно бы перестали слышать шум времени. Эмма Герштейн в документальной повести «Лишняя любовь» не без удивления вспоминает, что даже за несколько дней до ареста Мандельштама (май 1934 г.) и Осип Эмильевич, и его, казалось бы, сверхбдительная жена, да все вокруг, были на удивление беззаботны. Все. Но не Анна Андреевна. Привольем пахнет дикий мед, Пыль – солнечным лучом, Фиалкою – девичий рот, А золото – ничем. Водою пахнет резеда, И яблоком – любовь, Но мы узнали навсегда, Что кровью пахнет только кровь… И напрасно наместник Рима Мыл руки пред всем народом Под зловещие крики черни; И шотландская королева Напрасно с узких ладоней Стирала красные брызги В душном мраке царского дома… 1933 Считается, и не без оснований, что процитированные стихи возникли в ассоциативном поле работы А. А. над переводом «Макбета». Их злободневность стала проясняться постепенно, по мере того как крики черни, требовавшей казни врагов народа, становились все более зловещими. В своих «Записках» Л. К. Чуковская зафиксировала такой факт. 14 декабря 1939 года она сказала Ахматовой, что ее муж, якобы получивший десять лет без права переписки, расстрелян. Анна Андреевна выслушала скорбную весть в скорбном молчании, но на следующее утро...
3. Мандельштам Н. Я.: Из воспоминаний
Входимость: 1. Размер: 82кб.
Часть текста: М., 1991. - С. 299-325.   Из воспоминаний Рукопись, выдержки из которой печатаются в настоящем сборнике, представляет собой первоначальную редакцию второй книги воспоминаний Надежды Яковлевны Мандельштам, написанную вскоре после смерти Анны Ахматовой, в 1966–1967 годах. Впоследствии Н. Я. Мандельштам отказалась от этой редакции воспоминаний, переработав ее в совершенно другую книгу, напечатанную в 1978 году парижским издательством "ИМКА-ПРЕСС". Однако один экземпляр ранней редакции, содержащей подробные и чрезвычайно ценные сведения об отношениях О. Э. и Н. Я. Мандельштамов с Анной Ахматовой, сохранился в Воронеже у Н. Е. Штемпель (1908–1988). Незадолго до смерти Наталья Евгеньевна подарила эту рукопись исследователю творчества О. Э. Мандельштама П. М. Нерлеру. Он любезно предоставил выдержки из этой рукописи для настоящего издания. Составители I Надпись на книге: "Другу Наде, чтобы она еще раз вспомнила, что с нами было". Из того, что с нами было, самое основное и сильное, это страх и его производное – мерзкое чувство позора и полной беспомощности. Этого и вспоминать не надо, "это" всегда с нами. Мы признались друг другу, что "это" оказалось сильнее любви и ревности, сильнее всех человеческих чувств, доставшихся на нашу долю. С самых первых дней, когда мы были еще храбрыми, до конца пятидесятых годов страх заглушал в нас все, чем обычно живут люди, и за каждую минуту просвета мы платили ночным бредом – наяву и во сне. У страха была физиологическая основа: хорошо вымытые руки с толстыми короткими пальцами шарят по нашим карманам, добродушные лица ночных гостей, их мутные глаза и покрасневшие от бессонницы веки. Ночные звонки – "пока вы мирно отдыхали в Сочи, ко мне уже ползли такие ночи и я такие слышала звонки", топот сапог, "черные вороны" – а кто там? – болван, дежурящий на улице не для того, чтобы узнать что-нибудь дополнительное о нас, а просто с...
4. Найман Анатолий: Рассказы о Анне Ахматовой (Воспоминания). Страница 2
Входимость: 1. Размер: 53кб.
Часть текста: раз касались Т. С. Элиота: в 60-е годы оживился интерес к нему, его словно бы догнало эхо нобелевского лауреатства. Пришло его время, короткое, сфокусированным пучком света высветившее фигуру, стали актуальны идеи, переиздавались статьи. Он родился на год раньше ее и умер на год раньше. Она заговорила о нем, довольно подробно, и именно о нем, а не "по поводу, за несколько дней до его смерти. (Так же беспричинно, вдруг, завела она речь о Неру накануне его смерти, о Корбюзье, за неделю до разрыва сердца у него.) Говорила с нежностью, как о младшем брате, всю жизнь ждавшем и под конец дождавшемся удачи. "Бедный, годами служил в банке, как тяжело ему было. Ну хоть в старости - признание, слава". Позднее показывала гостям трогательную пронзительную фотографию: он стоит, чуть пригнувшись, за креслом жены - в номере журнала "Europa Letteraria", объявлявшем о присуждении ей премии "Этна-Таормина". Я переводил тогда главу из "Бесплодной земли, потом главу из "Четырех Квартетов". В "Четырех Квартетах" она отметила строчки: The only wisdom we can hope to acquire Is the wisdom of humility: humility is endless. (Единственная мудрость, достижения которой мы можем чаять, это мудрость смирения: смирение - бесконечно.) Часто повторяла: "Humility is endless". И в это же время появился эпиграф к "Решке" - In mу beginning is my end (В моем начале мой конец), тоже из "Четырех Квартетов". Элиот вводил в стихотворный текст цитаты сплошь и рядом в открытую. У Ахматовой таких коллажей нет, она вживляла цитату, предварительно перерожденную так, чтобы чужая ткань совместилась с ее собственной. Но источники у обоих были те же:...
5. Беспрозванный Вадим: Анна Ахматова - Владимир Нарбут - к проблеме литературного диалога
Входимость: 1. Размер: 36кб.
Часть текста: Лозинскому, Нарбуту и другим. Важным элементом, объединяющим поэтику этих посланий, является сочетание, а часто и взаимопроникновение темы литературного творчества и темы дружеских отношений. При этом набор литературных и внелитературных цитат и аллюзий, используемых при создании этих поэтических произведений, включает в себя ассоциации разной степени узнаваемости: от общеизвестного до известного немногим или известного лишь автору. Формированию этого жанра предшествовала длительная эволюции поэтики и мироощущения Ахматовой. Стихотворения, адресованные друзьям и знакомым - людям искусства, появились в ее поэзии достаточно рано, и всегда - в той или иной степени - затрагивали тему творчества2. Начиная же с 30-х годов и до последних дней ее жизни, не только осмысление литературного творчества, но и размышления о "беге времени", о ходе истории и о судьбе ее поколения стали для Ахматовой неотъемлемой частью литературного диалога с товарищами по ремеслу. В данной статье рассматривается один из эпизодов литературного диалога, который Ахматова вела с Владимиром Нарбутом на протяжении многих лет. Их личное знакомство (1910-1911 гг.) и общение было прервано арестом и гибелью Нарбута, но к его имени, к памяти о "товарище по Первому Цеху поэтов"3 Ахматова обращалась и позднее. Поэтому стихотворение Ахматовой "Про стихи", написанное в 1940 году и адресованное Нарбуту является особенно важным при рассмотрении темы "Ахматова и Нарбут". Примечателен год написания стихотворения. Арестованный в октябре 1936 г. Нарбут был повторно осужден и, по-видимому, казнен, в апреле 1938 г. 4, однако, ни друзья, ни близкие об этом не знали. В 1940 г. у них появились какие-то сведения о том, что Нарбут погиб5. Узнала об этом и Ахматова, что, вероятно, послужило одной из причин создания стихотворения. В то время стихотворение не могло быть...

© 2000- NIV