Cлово "ЛАГЕРЬ"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: ЛАГЕРЯ, ЛАГЕРЕ, ЛАГЕРЯХ, ЛАГЕРЕЙ

1. Рубинчик Ольга: Анна Ахматова и Наталья Вaрбанец : Из жизни петербургско-ленинградской интеллигенции в 1930-е и другие годы
Входимость: 18.
2. Анна Ахматова в записях Дувакина. В. М. Василенко
Входимость: 17.
3. Вербловская И.: Горькой любовью любимый. Петербург Анны Ахматовой. "И ненужным привеском болтался возле тюрем своих Ленинград...
Входимость: 16.
4. Сухомлинова А. П.: Анна Андреевна Ахматова
Входимость: 14.
5. Барзас Валерий: Многоэтажная Ахматова
Входимость: 9.
6. Позднякова Т. С.: "Я незаслуженно получил бессмертие в ее поэзии"
Входимость: 8.
7. Попова Н.И., Рубинчик О.Е.: Анна Ахматова и Фонтанный Дом. Приложение
Входимость: 8.
8. Зыков Л. А.: Николай Пунин - адресат и герой лирики Анны Ахматовой
Входимость: 7.
9. Муравьев В. С.: Воспоминания об Анне Ахматовой (Беседа с О. Е. Рубинчик 23 марта 2000 г.). Примечания
Входимость: 7.
10. Волков Соломон: Вспоминая Анну Ахматову. Разговор с Иосифом Бродским
Входимость: 6.
11. Анна Ахматова в записях Дувакина. М. Д. Вольпин
Входимость: 6.
12. Марченко Алла: Ахматова: жизнь. Интермедия девятая (1944–1946)
Входимость: 6.
13. Мешков В. А.: Серебряного века дети…. (Аренс Л. Е.,Чурилин Т. В., Ахматова А. А.)
Входимость: 6.
14. Черных Вадим. Летопись жизни и творчества Анны Ахматовой. 1889-1966. 1954
Входимость: 6.
15. Коваленко Светлана: Анна Ахматова. Основные даты жизни и творчества А. А. Ахматовой
Входимость: 6.
16. Крючков В.П.: Русская поэзия XX века. Владимир Высоцкий
Входимость: 6.
17. Служевская Ирина: Китежанка. Поэзия Ахматовой - тридцатые годы. Страница 2
Входимость: 6.
18. Каминская А. Г.: О завещании А. А. Ахматовой
Входимость: 6.
19. Попова Н.И., Рубинчик О.Е.: Анна Ахматова и Фонтанный Дом. Глава четвертая
Входимость: 6.
20. Лосиевский Игорь: Анна Всея Руси. Глава пятая
Входимость: 6.
21. Дементьев Валерий. Предсказанные дни Анны Ахматовой. Презревшие безвестность
Входимость: 5.
22. Роскина Наталья: "Как будто прощаюсь снова... "
Входимость: 5.
23. Мандельштам Н. Я.: Из воспоминаний
Входимость: 5.
24. Будыко М. И.: Рассказы Ахматовой
Входимость: 5.
25. Лосиевский Игорь: Анна Всея Руси. Глава шестая
Входимость: 5.
26. Зыслин Ю. М.: Берестяная книга Ахматовой
Входимость: 5.
27. Хейт Аманда. Анна Ахматова. Поэтическое странствие. Глава четвертая. 1941-1956
Входимость: 5.
28. Черных Вадим. Летопись жизни и творчества Анны Ахматовой. 1889-1966. 1939
Входимость: 4.
29. Анна Ахматова в записях Дувакина. М. Д. Семиз
Входимость: 4.
30. Орлова Раиса , Копелев Лев: " Мы жили в Москве 1956-1980" Часть вторая. Встречи с Анной Ахматовой (Воспоминания)
Входимость: 4.
31. Герштейн Э. Г.: Нина Антоновна. Беседы об Ахматовой с Н. А. Ольшевской-Ардовой
Входимость: 4.
32. Кихней Л. Г., Шмидт Н. В.: Городской текст поздней ахматовой как завершение петербургского мифа
Входимость: 4.
33. Готхарт Натан: Двенадцать встреч с Анной Ахматовой
Входимость: 4.
34. Кравченко Наталия: Горького слова слава
Входимость: 4.
35. Хроника жизни и творчества Анны Ахматовой
Входимость: 4.
36. Служевская Ирина: Китежанка. Поэзия Ахматовой - тридцатые годы. Страница 5
Входимость: 3.
37. Шмидт Н. В., Козловская С. Э.: Эсхатологическое пространство города в творчестве А. Блока и А. Ахматовой
Входимость: 3.
38. Хейт Аманда. Анна Ахматова. Поэтическое странствие. Глава вторая. 1914-1924
Входимость: 3.
39. Анна Ахматова в записях Дувакина. В. Е Ардов
Входимость: 3.
40. Попова Н.И., Рубинчик О.Е.: Анна Ахматова и Фонтанный Дом. Горбаневская Наталья. "Знаешь, где он - твой уют?". Рецензия на книгу
Входимость: 3.
41. Носик Борис: Анна и Амедео. Анна без Амедео
Входимость: 3.
42. Черных Вадим. Летопись жизни и творчества Анны Ахматовой. 1889-1966. 1950
Входимость: 3.
43. Берлин Исайя: Встречи с русскими писателями в 1945 и 1956 годах
Входимость: 3.
44. Рубинчик Ольга: Анна Ахматова. Жизнь и текст
Входимость: 3.
45. Попова Н.И., Рубинчик О.Е.: Анна Ахматова и Фонтанный Дом. Глава вторая
Входимость: 3.
46. Демидова Алла: Ахматовские зеркала. Страница 8
Входимость: 3.
47. Банчуков Револьд: Тайная поэма Анны Ахматовой
Входимость: 3.
48. Павловский Алексей: Анна Ахматова. Жизнь и творчество. Глава 3. 20-е и 30-е годы
Входимость: 3.
49. Хейт Аманда. Анна Ахматова. Поэтическое странствие. Глава пятая. 1956-1966
Входимость: 3.
50. Бобышев Дмитрий: Ахматова и эмиграция
Входимость: 3.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Рубинчик Ольга: Анна Ахматова и Наталья Вaрбанец : Из жизни петербургско-ленинградской интеллигенции в 1930-е и другие годы
Входимость: 18. Размер: 122кб.
Часть текста: многими угадывалась Вечная Женственность 3 . Эта женщина никогда до того не рисовала, а занималась инкунабулами 4 в Отделе редкой книги Публичной библиотеки города Ленинграда. Однако и инкунабулы не были главным ее делом. Главным было проявление женской сути. Эту женщину называли Птицей, сравнивали с Настасьей Филипповной. Но, в отличие от своей предшественницы, она не стала Девой-Обидой, может быть, потому что время было другое. Звали ее Наталья Васильевна Вaрбанец, и мой рассказ о ней сложился из диалогов с воспитанницей Варбанец - художницей и писательницей Марьяной Львовной Козыревой 5. * * * - Мы отдыхали с Натальей Васильевной в деревне Лопино, это на реке Волхов; на другой стороне - Старая Ладога. Я делала какие-то этюды. Однажды, глядя на репродукцию "Весны" Боттичелли, которая была у меня с собой, Наталья Васильевна сказала, что ей пришло в голову, как он писал. Сейчас все гадают, что художник хотел рассказать своей "Весной". Боттичелли знал, о ком и о чем он говорит, но нам невозможно это ни узнать, ни угадать. "Представь себе последний год нашей жизни. Если ты начнешь рисовать все, что мы пережили... Причем самую суть, душу каждого участника. Попробуй". Я говорю: "Нет, и пробовать не буду. Вот тебе бумага, вот тебе акварель, вот тебе карандаш. Я нормальный реалист и не смогу этого сделать. Попробуй сама". Она села и начала: тихо-тихо, от каждого кусочка, вот так вот и пошла. Так весь этот год и...
2. Анна Ахматова в записях Дувакина. В. М. Василенко
Входимость: 17. Размер: 69кб.
Часть текста: В. М. Василенко Виктор Михайлович Василенко Ведет беседу М. В. Радзишевская   В. Об Анне Андреевне Ахматовой... я очень немного могу сказать, потому что, когда человек вспоминает, то помнит мало. Добавлять же, присоединять, создавать уже потом какой-то образ, в общем, по-моему, не входит в мою задачу. Р. Безусловно! Только то, что помните сами. В. Я очень любил стихи всех символистов, акмеистов, собирал их в 20-е годы. У меня был весь Мандельштам. Правда, "весь" - это звучит немножко странно, потому что "весь" - он сам был небольшой: две книжки. "Камень" 1 , который я помню очень хорошо, великолепная книга стихов... <...> Он поразил меня, Осип Мандельштам. Чем? Удивительным проникновенным строем его слов и в то же время, что мне всегда было очень близко, как-то мило - классичность. Но это не была классичность стилизации. Нет. Это было какое-то новое оживление стиха. Я любил, конечно, и символистов, и они у меня были. Но Мандельштам действовал на меня особенно. Так же на меня очень действовал Гумилев, все его сборники я имел. Мандельштамовские "Tristia" 2 тоже меня волновали. Это его второй сборник. Третьего ему уже было сделать не дано. Р. Скажите, а Вы его лично не видели? В. Нет, конечно. Р. Почему "конечно"? В. То есть мог бы видеть. Р. Гумилева - "нет, конечно" - я понимаю, а Мандельштама могли. Не видели? В. Нет, не видел, нет. Пастернака я видел неоднократно, но с ним никогда, в общем, не общался. Маяковского встречал часто, но я его стихи не люблю. Они мне чужды. Чем дальше я ухожу от него, тем дальше от меня уходит и поэзия Маяковского. Я даже не знаю, насколько она поэзия. Это...
3. Вербловская И.: Горькой любовью любимый. Петербург Анны Ахматовой. "И ненужным привеском болтался возле тюрем своих Ленинград...
Входимость: 16. Размер: 44кб.
Часть текста: что вы сами не сядете через 6 недель" 143 . Это запись 60-х годов, когда Ахматова переживала еще раз все, что случилось на ее веку. С этими словами, с их недосказанностью перекликаются строки "Вступления" в "Requiem": Это было, когда улыбался Только мертвый спокойствию рад... Сама Ахматова никогда не была арестована, ее не вызывали на допросы, не высылали. Но не могут не слышаться преисполненными драматического смысла ее слова: "Я под крылом у гибели все тридцать лет жила". Это крыло нависло над ней в 1921-м, после расстрела Н. Гумилева. В 1925 году была арестована большая группа - примерно 100 человек - выпускников и преподавателей Александровского лицея. Среди арестованных были друзья и знакомые Ахматовой и Пунина. Их "вина" заключалась в том, что, следуя лицейской традиции, сложившейся еще в пушкинские времена, они ежегодно собирались 19 октября ("антисоветские сборища"!), служили поминальную службу по погибшим лицеистам ("религиозные отправления"!) и имели кассу взаимопомощи ("для контрреволюционных нужд"!). Летом того же года Н. Пунин...
4. Сухомлинова А. П.: Анна Андреевна Ахматова
Входимость: 14. Размер: 57кб.
Часть текста: о ней воспоминания. Я всячески уклонялась, считая, что меня никто не уполномочил это делать, тем более что мемуаров об Ахматовой ужe было достаточно. Правда, многие авторы не соблюдали главное требование Анны Андреевны о том, что "при великолепной памяти можно и должно многое забывать". Как бы то ни было, я сдалась, и при содействии А. И. Старцева в день рождения Ахматовой в "Книжном обозрении" были опубликованы мои записки. Редакция газеты приняла мои записки без изменения и даже опубликовала на первой странице автограф стихотворения "А вы, мои друзья последнего призыва", которое заканчивалось словами: Рядами стройными выходят ленинградцы / Живые с мертвыми, / Для Бога мертвых нет. Упоминание Бога в печати в то время уже было поступком. Я была благодарна коллективу газеты за первую публикацию этого стихотворения в его подлинной редакции. Воспоминания, опубликованные в 1989 году в газете "Книжное обозрение", я назвала "Простите нас, Анна Андреевна", с них я и начну свои записки об Ахматовой. 1 С Анной Андреевной Ахматовой я познакомилась в ноябре 1941 года в Ташкенте, куда приехала из Москвы последним писательским эшелоном. Почти месяц мы были в пути, приехали измученные и голодные. Рано утром я пошла разыскивать дом № 7 на улице Карла Маркса, в котором поселились близкие мне люди - литературоведы-пушкинисты Татьяна Григорьевна и Мстислав Александрович Цявловские. Все поражало и удивляло: светило солнце, вдоль улиц стояли зеленые тополя, в арыках журчала вода, не было воздушных тревог. Улица Карла Маркса оказалась в самом центре города, начиналась у площади, где возвышалось здание Совнаркома Узбекистана. Я увидела старый двухэтажный дом, вошла через калитку во двор. На стене открытой террасы висела черная тарелка громкоговорителя. Около нее стояло много людей, внимательно слушавших сводки Сов-информбюро. Среди них я увидела Татьяну Григорьевну. Она...
5. Барзас Валерий: Многоэтажная Ахматова
Входимость: 9. Размер: 108кб.
Часть текста: погруженная в ауру сердечных чувств и влечений, подчас выдуманных, мягко-капризная, изнеженная, истонченная, меланхолически-изломанная, твердо-упрямая (хотя и внешне уступчивая) в заветном, чаще отмалчивающаяся от словесных наскоков окружающих (но способная и на резкий, грубый отпор в исключительных случаях), скрытная и неискренняя (особенно с мужем), убегающая от проницательных взоров, способных разглядеть за всем этим жуткую неуверенность в себе и в своем поэтическом призвании… Вторая Ахматова - 1920-е: страдающая и сострадательная, насильно отлученная от литературы (в 1924-м), беззлобная, добросердечная, мягкая, великодушная, благородная, щедрая, готовая поделиться последним с нуждающимися, тонкого ума и острой наблюдательности женщина "бальзаковских" лет. Третья Ахматова - 1930-е: духовная "подпольщица", осознавшая враждебность большевистского режима человеку, негодующая мать ни за что посаженного сына, мужественная женщина скорбных очередей, искренняя христианка, "крестящаяся на каждую церковь"… Четвертая Ахматова - 1940-е: вновь избалованная славой (после выхода двух сборников), властная и привередливая, подверженная лести и ревнивой зависти окружающих в "тесном" от множества эвакуированных писателей и их жен в Ташкенте, любительница выпить, нескромная, хвастливая, "переставшая быть христианкой", позволяющая себе, по собственным словам, "полчаса быть стервой"1… Это - главные, но, разумеется, не все известные нам "Ахматовы". И в 10-е, и в 20-е, и в прочие десятилетия были еще и другие, ничем не похожие на соседних. Какая же из них - подлинная? Риторический вопрос. Безусловно - все. Все это одна, многогранная и многоликая Анна Ахматова. Но выходит - без-ликая: попробуйте из этой пестрой, крищаче-противоречивой "мозаики" создать - портрет!.. В конце жизни сама это осознала: "Но Ахматова была и такая, и другая, и, как любила она говорить,...

© 2000- NIV