Поиск по творчеству и критике
Cлово "CHICAGO"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  
1. Тименчик Р. Д.: К семиотической интерпретации "Поэмы без героя"
Входимость: 1. Размер: 11кб.
2. Музыка и музыканты на жизненном пути Ахматовой (заметки к теме) (Р. Тименчик)
Входимость: 1. Размер: 121кб.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Тименчик Р. Д.: К семиотической интерпретации "Поэмы без героя"
Входимость: 1. Размер: 11кб.
Часть текста: мифология. Колдовское", "Это придает всей ее лирике мифологическую основу - ту, которая нужна для подлинной высокой лирики", "Лирика, превращающаяся в миф..."1. Не менее показательно пастернаковское слово "первозданность" для означения своеобразия ахматовской поэзии2. Напомним также ахматовскую характеристику Достоевского, которая является и косвенной автохарактеристикой: Вот и сейчас перемешает все И сам над первозданным беспорядком, Как некий дух, взнесется. Аналогия с мифологическими структурами представляется уместной и при анализе "Поэмы без героя" в связи с проблемой использования "чужого слова" в ее тексте. Термины "заимствование", "влияние", "плагиат" описывают это явление весьма неточно. Гораздо более адекватным является понятие "bricolage", которым К. Леви-Стросс определяет механизмы мифологического мышления3. Аналогия основывается на том, что авторская мысль в "Поэме" выражается средствами разнородного материала, обширного, но принципиально ограниченного пределами Памяти Автора. Признаки пространственной семантики выделяются в ахматовских метафорических обозначениях Памяти: "И в памяти черной пошарив, найдешь". "И в памяти, словно в узорной укладке...", "Она слова чудесные вложила / В сокровищницу памяти моей..."4 ("сокровищницей" называет К. Леви-Стросс "подручные запасы" "бриколера", вспоминая определение магии как "сокровищницы идей"5). "Чужое слово", знаки, уже использованные...
2. Музыка и музыканты на жизненном пути Ахматовой (заметки к теме) (Р. Тименчик)
Входимость: 1. Размер: 121кб.
Часть текста: сухих березовых поленьев, перебрасываемых с баржи на мостовую"2. С этого звука начинает и Ахматова свой ретроспективный каталог столичных шумов: "Звуки в петербургских дворах. Это, во-первых, звук бросаемых в подвал дров. Шарманщики ("пой, ласточка, пой, сердце успокой..."), точильщики ("точу ножи, ножницы..."), старьевщики ("халат, халат"), которые всегда были татарами. Лудильщики. "Выборгские крендели привез" (гулко в дворах-колодцах). <...> Колокольный звон, заглушаемый звуками города. Барабанный бой, мне всегда напоминающий казнь. Санки с размаху о тумбу на горбатых мостах..."3 Ахматова перечислила только отдельные фрагменты пространного фонового пласта. Для того чтобы представить себе его в более широком объеме, воспользуемся забытыми воспоминаниями одного из коренных петербуржцев: "А где теперь музыка петербургских дворов - бесконечно разнообразные напевы разносчиков? Сколько в ней было неуловимой прелести. С раннего детства я знал все их певучие скороговорки, врывавшиеся весной со двора в открытые окна вместе с запахом распускающихся тополей. Вон мальчик в белом фартуке тоненьким голоском выкликает: Вот спички хоро-о-о-о-о-ши, Бумаги, конверта-а-а-а-а. Его сменяет баба со связкой швабр на плече. Она останавливается среди двора и, тихо вращаясь вокруг своей оси, грудным голосом поет: Швабры по-о-о-ловня-а-а-а-а-а-а-ааа. Потом, покачиваясь и поддерживая равновесие, появляется рыбак с большой зеленой кадкой на голове, в которой на дне плещется живая рыба, а сверху, на полочке, разложена сонная: Окуни, ерши, сиги, Есть лососина-а-а-а-а-аааа. Потом толстая торговка селедками с синевато-красным лицом, как-то захлебываясь, взывает: Селледки галански, Селлледки-и-и-и-и-ииии. А то въезжает во двор ...